Глава 12

— Давным-давно, в далеком-далеком Асгарде…

— Ой, да иди ты к йотуну под сугроб, — беззлобно огрызнулся Локи и перевернул страницу книги. –Тоже мне сказочник выискался. Давай по-человечески, что там за история с бижутерией?

Хугин хмыкнул, неспешно отставил кубок с вином на хрустальный столик и поудобнее устроился в кресле. Что-что, а толк в уюте и удобстве бог хитрости знал.

— Значит, с бижутерией… Как ты относишься к похабным историям на ночь глядя? — ворон, пребывавший в человеческом обличье с усмешкой кивнул за окно: ночь царила над славным городом асов.

— Та-ак, что-то новенькое? — лицо Локи приобрело на редкость глумливое и пакостное выражение. Тонкие губы искривились в усмешке, правая бровь приподнялась, и даже нос, казалось, заострился.

— Из того, что я смог увидеть и услышать — дело весьма щекотливое. Фрейя, как ты помнишь, чем-то похожа на меня, — черноволосый скуластый мужчина тихо усмехнулся и дотронулся указательным пальцем до кончика своего длинного хищного носа. — Она любит все блестящее.

— Дай угадаю, — Лафейсон громко захлопнул книгу, — это связано с выставкой братьев Брисингов* — он заинтересованно подался вперед, да так резко, что несчастное кресло жалобно скрипнуло.

— Именно, — довольно кивнул в ответ Хугин. — Нашему министру культуры очень приглянулось одно ожерелье.

— Небось гвоздь их программы? — засмеялся Локи, и ворон довольно кивнул.

— И, конечно же, они заломили такую цену, что Фрейр послал ее к йотунам зимовать?

— Именно! А Фрейя не из тех, кто отказывается от задуманного. Такие женщины, как ты понимаешь, на все способны… –протянул ворон, и Хитрейший зашелся смехом, прикрыв глаза рукой.

— И как, братья своего не упустили?

— Все четверо.

Локи присвистнул и расхохотался еще сильнее.

— Обладательница титулов «Мисс Асгард», «Красота и Свет», Королева сердец…»

— Все, довольно! — принц уже не мог дышать: так от души хохотал.

— Утром я лечу к твоему отцу с докладом. Будешь ли ты что-то… Добавлять от себя? — заинтересованно ждал ответа вестник богов.

— Думаю, это выходка года, и она не должна остаться без внимания. Ее обязательно должны заметить, и не только в царских покоях… — маг закусил губу, взор его затуманился. –Такое было бы возможно, если бы ожерелье внезапно пропало у… обладательницы таких высоких титулов.

— И я бы помог миру узнать забавную весть, — Хугин широко улыбнулся. — Мои глаза не забыли, как валькирии с предводительницей травили одного доброго мальчика, когда тот всего лишь учился азам магии и седлать крылатого коня.

— Да, пора устроить перестановочку в министерстве.

За окном розовел рассвет. На балкон неспешно вышел юноша, держащий на руке огромного ворона, и ласково провел по взъерошенному оперению пальцами. Птица едва слышно каркнула и, тяжело взмахивая крыльями, спланировала на балкон, что был ниже. Царская особа ждала доклада.

Локи с чувством потянулся и зевнул. У него была пара часов на сон, а потом он поиграет в борца за справедливость.

Примечание к части

Брисингамен (др.-сканд. Brísingamen) — в германо-скандинавской (иначе нордической) мифологии — золотое ожерелье, (по другой версии — пояс), сделанное четырьмя братьями-гномами Брисингами (Brisings), которых звали Альфригг, Берлинг, Двалин и Грер (Alfrigg, Berling, Dvalin, Grer). В переводе означает «сверкающее», «искра». Ожерелье не обладает никакими магическими свойствами, просто очень красиво, по другой версии, делает носящего его ещё более прекрасным, но тогда непонятно, зачем оно было нужно Фрейе, которая и так была прекраснейшей изо всех людей и богинь.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *