Глава 45

После бани всегда так приятно заснуть, не почесываясь и не морща нос от исходивших от тела «ароматов». Вытянувшись под одеялом, Хизер улыбалась, словно ребенок, довольная прошедшим днем. Сны будут безмятежны, а кровать — тепла и мягка, не то что показалось в первый день.

Говорят, человек привыкает ко всему, и это воистину так. Поспав неделю в лучшем случае на полу, вы потом самую старую панцирную кровать будете каждое утро нежно лобызать в изголовье. Это девушка теперь знала на своем опыте.

Даже не успев посчитать овец, сладко зевнув, она отдалась Морфею, как последняя… уставшая женщина.

Коннор чувствовал себя… странно. Недавняя рана больше о себе не напоминала, телу было хорошо и свободно, голова, обычно к вечеру тяжелая, наполнилась легкостью, а оттого и ненужными в данный момент мыслями. Слова ложились на бумагу одно за другим, вырисовывая зашифрованное послание старого тамплиера.

«Наверное, я был бы немало удивлен, что кто-то смог прочесть этот отчет. Найти его будет возможно лишь в случае моей гибели, а если эти строки дошли до читателя, значит я мертв. Весьма печально. Речь пойдет о знании столь древнем, столь важном, сколь важна жизнь в целом мире…»

— Да ты еще и поэт, — фыркнув, Коннор отложил перо и, похрустывая костяшками пальцев, задумался.

В мыслях пролетали воспоминания об островах, картах, прошедших поблизости морских сражениях, а также о поисках предыдущих, столь же важных частиц Эдема…

И все эти мысли перекрывал образ глумливой девицы, почему-то размахивающей пиратским флагом.

— Я не могу так работать! — Коннор хлопнул ладонью по столу и с чистой душой завалился спать здесь же, на диване, свесив ноги через подлокотник.

Так с утра и застукала наставника разбуженная невнятными вскриками Хизер.

— Полпаруса, чтоб вас, Фолкнер… — разметался во сне капитан, свесив с дивана уже не только ноги, но и руки. Судя по всему, снился ему кошмар. Девушка тихо прошла и присела на подлокотник в изголовье, с интересом наблюдая за мечущимся во сне другом, по лбу которого стекал крупными каплями пот. — Страхуй… Лини проверить… — пробормотал ассасин, поворачивая голову. Хизер подавилась смехом, вспомнив анекдот про «от страхуя слышу!». — Ищите… Все за борт! — дернулся Коннор и с жутким грохотом сверзился с дивана, но так и не проснулся.

Послушница едва сдерживалась, чтобы не хохотать в голос. Нашарив на полу сапог, индеец подгреб его к себе и, подложив под голову, захрапел.

— Все паруса, селедку вам в душу! — рявкнула Хизер, подражая Радунхагейду и Барбоссе из «Пиратов Карибского моря». — Всех на реи, тысяча чертей! Сменить галс, или Дэйви Джонс сожрет ваши туши!

Девушку чуть не смело с дивана: одним прыжком Коннор вскочил на ноги и уставился на нарушительницу спокойствия безумным взглядом. Увидев ее, ассасин быстро заморгал и осмотрелся уже более осмысленно на предмет того, где же его застало утро.

— Доброго утра, капитан! — болтая ногами в воздухе, шутливо отдала честь Хизер. — Как насчет вашей мерзкой каши?

Потирая переносицу, Коннор зажмурился, отгоняя остатки жуткого сна. Где ученица только таких слов понабралась?! Или про Дэйви Джонса ему приснилось?

— Мерзкая каша сейчас причалит к берегу, — бормоча, Радунхагейду нашарил сапоги.

Громкий стук в дверь заставил напарников одновременно обернуться на источник звука.

— Это еще кто? — Хизер нахмурилась. — Кто ходит в гости по утрам, тот поступает глупо.

Пожав плечами, ассасин быстро сбежал по лестнице. Скрипнула дверь.

— Добрый денек, кэп. Готов уделить пару минут старому другу? — хрипловатый голос Фолкнера нельзя было спутать ни с чьим другим.

— Заходи, — пригласил Коннор.

— Нет, дружище. Разговор есть, — отказался воспользоваться гостеприимством старик.

Послушница, мрачнея еще больше, шагнула к окну: старпом и Коннор направились прочь от поместья.

— Вот так и начинаются секреты… — Хизер сердито сморщила нос. — Ну, Коннор… Ну, погоди!

Девушка переместилась на кухню, где, тяжело вздыхая, разожгла очаг. Что ж, настало время ставить эксперименты. Подумаешь, каша… Хотя уже от одного запаха накатывала тошнота. Но выбор, как всегда, ехидно оскалился и помахал корявой лапкой.

Коннор пропал до самого вечера. Пожалуй, именно сейчас Хизер острее всего почувствовала нехватку мобильного телефона. Но в этом была и пара плюсов: расшифровка пошла с большей скоростью, а очаг сдался без боя, позволив готовить что вздумается. Наконец-то девушка добралась до привычного, такого обычного, без всякой ереси, супа! Оленина, конечно, не говядина, но разница оказалась небольшой.

— Что скажешь, парень? Нужно что-то решать, — Фолкнер выглядел виноватым.

— У меня есть незаконченное дело. Ты знаешь теперь все, — Коннор отвернулся и скрестил пальцы, глядя на реку. Бревно, на котором они со старпомом сидели, было влажным из-за мха и неприятно холодило задницу даже сквозь штаны.

— Ну, дело дрянь, дружище, но мы и не такое видели в этой жизни… Но решать что-то нужно. Так долго тянуться не может.

— Мы почти нашли эту дрянь. Там и посмотрим. Беда в том, что я не знаю, хочу ли закончить все именно так, — Радунхагейду с тяжелым вздохом склонился, будто что-то искал на камнях, под ногами. Фолкнер ободряюще потрепал друга по плечу.

— Ты найдешь верное решение, парень. Я это точно знаю. Но в Нью-Йорк нужно поторопиться. А девчонка-то… молодец! — расхохотался старик. — Ишь, как тебя приструнила!

— Самое забавное в этом всем, что мне это по душе. Или жуткое — зависит от того, как на это посмотреть, — Коннор встал с бревна и, посмотрев на Роберта сверху вниз, добавил: — А еще я сегодня кормил ее завтраком только словесно. Как думаешь, я выживу?

— Выживешь, — сипло рассмеялся старпом. — Ты пережил Ли, а уж с бабой-то как-нибудь точно справишься!

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *