Глава 31

Сложно поверить врагу, особенно тому, который вырезал твоих людей в течение нескольких лет. Вот и Патнэм не собирался верить ни единому слову Коннора или Хизер. Однако факт: они пришли и предложили свою помощь. Небывалое свершилось, и это надо было хоть как-то использовать. Генерал впал в задумчивость, особенно когда прибыли горе-охранники и выкатили голову Хики к его сапогам.

– Уберите, – брезгливо поморщился Патнэм, глядя в мутные, широко распахнутые глаза убитого. – Что ж, Вендиго…

– Коннор, – поправил его ассасин. – Все не так просто: я не совсем тот, за кого вы меня принимаете. 

– Объяснись, – потребовал командующий армией мятежников, прикуривая новую сигару. 

– Все равно не поверите. Дело в тех предметах, что принес с собой Чарльз Ли, – вмешалась в разговор Хизер.

– Это секретная информация, и я, черт возьми, не тот, кто должен об этом знать! – рявкнул Патнэм. 

– Однако придется, если хотите победить. – Радунхагейду стоял, прислонившись плечом к холодной каменной стене. – Дело было так…

Неизвестно, поверил ли генерал хоть единому слову или сделал вид, но сильно шокированным не выглядел.

– Я видел, на что способен этот ваш крест, ребятки. И посох. Это не должно быть ни в чьих руках, особенно тамплиеров или этого скользкого типа, Ли. Вам придется доказать, что вы верны нашему делу, а еще лучше – принести хоть какую-то победу, – пробурчал Патнэм. – Я скажу, куда плыть, и дам вам бумагу; пошлю птицу Вашингтону. Но к Ли вас не подпустят. Он сейчас ферзь в нашей игре, его охраняют лучшие ребята. Где он – содержится в тайне. Гаденыш боится за свою задницу, трясется, как шакал перед львами. Но с Франклином и Вашингтоном договориться можно. Дело за вами, господа, – и размашистым почерком генерал Израэль Патнэм застрочил послание соратникам, – не подведите. Терять уже нечего, но все же не хочется утратить еще и надежду. – Сочно шлепнула печать. – Добро пожаловать в ряды самоубийц, господа!

– Вы ошиблись, генерал, – Хизер, улыбаясь, забрала бумагу, – мы не самоубийцы. Мы, в принципе, убийцы. Ассасины.

– Ах, эти ваши легенды… – отмахнулся мятежник. – Знавал я одного ассасина. Помер лет пять назад там, на Фронтире. Все защищал индейцев и уговаривал их не связываться с Хэйтемом. Надеюсь, вы не повторите его судьбу, – Патнэм закашлялся. – С глаз моих прочь, у меня еще много дел. Добби, проводи! – приказал он женщине, все еще прибывающей в шоковом состоянии.

– Не стоит, – Коннор пошел к выходу, – я знаю дорогу. 

– Странный ты, парень, – Патнэм криво усмехался. – Один удар – и мятежником меньше, а тебе почет, слава и власть. Зачем тебе война, лить кровь за какие-то нелепые идеалы? Ты не приносил никакую присягу.

– Пока другие слепо следуют за истинной, помни: ничто не истинно. В то время, когда остальные ограничены моралью и законом, помни: всё дозволено. Мы действуем во тьме, но служим свету. Мы – ассасины, – не поворачиваясь, ответил Радунхагейду, – это моя присяга. Я верен ей и тому старику, которого похоронил в Дэвенпорте. Он был моим настоящим учителем. А еще я поклялся одной женщине, что буду рядом. Я не нарушаю своего слова, генерал.

– Вендиго, – словно сплюнул Патнэм, – только теперь на нашей стороне.

Коннор шагнул в темноту, и Хизер поспешила следом, боясь нарушить молчание. Кажется, не все так хорошо, как казалось минут пять назад. По крайней мере, ассасин не был таким злым. Клятва, произнесенная им, глубоко врезалась в память. Целиком Рейвен ее никогда не слышала, да и не вдумывалась в значение этих слов. Однако теперь… Стоило кое-что пересмотреть.

Коннор уверенно шел вперед, будто видел нить, ведущую обратно, на поверхность. 

– Что делать будем, Радунхагейду? – робко спросила Рейвен. – Нужен корабль, но на нем наверняка ждет твой отец.

– Расскажем правду, – бросил ассасин и повернул в очередное ответвление.

– И выдадим мятежников? – удивилась Хизер, спеша за ним. Коннор резко остановился.

– Нет, просто расскажем не все и заставим его ждать здесь. Я не хочу смотреть на его смерть еще раз, – голос неожиданно смягчился. – Наверняка есть другой путь, который я раньше не видел. – Индеец что-то схватил перед собой в воздухе и отшвырнул в сторону. 

– Но, пока он жив, тамплиеры не сдадутся, – напомнила Хизер.

– Мы разрушим их планы и отберем инструменты. Они лишатся преимущества. Эта война все равно никогда не закончится. 

В ушах Коннора будто прозвенел голос отца: “Даже когда вы отпразднуете победу, мы возродимся. Знаешь почему? Потому что в орден нас приводит ПОНИМАНИЕ. Нам не нужно кредо или ложь отчаявшихся стариков. Нам нужно, чтобы мир оставался собой, – вот почему тамплиеров нельзя уничтожить!”* 

– Ты пессимист, – Хизер выглянула из-за плеча могавка. – Чем ты там швыряешься?

– Пауками: ты их боишься и своим визгом обрушишь потолок, – сухо ответил ассасин, снова шагая вперед.

– Ну спасибо! – Рейвен испуганно покосилась в сторону, куда было отброшено несчастное членистоногое, и почти бегом понеслась от него прочь.

Примечание:

*Последние слова Хэйтема в третьей чати, перед смертью. 

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.