Глава 19

Хизер сидела будто пыльным мешком стукнутая — Коннор попал прямо в болевую точку. А потом до сознания все же дошло сказанное могавком. Тамплиер сначала тоненько, истерично хихикнула, а потом разразилась хохотом.

— Прямо под носом у ордена, у магистра, у папаши своего! Ассасин! — покатывалась женщина со смеху, смутив Коннора. 

— Может, не стоит оповещать всю округу? — поинтересовался он, откидывая капюшон. Уши выразительно порозовели, что было видно даже в слабом свете костра. Растрепанные волосы окончательно сделали индейца похожим на взъерошенную ворону.

— Да ну?! Такой позор, и где?! В гуще событий! 

Восторгам Хизер не было конца, это больше походило на нервный срыв. Нахмурившись, Коннор метнулся вперед, ловко перепрыгнув костер и, пока она не успела опомниться, зажал ладонью ее рот. Возмущенно прогундосив свои возражения, насмешница все же успокоилась, и ассасин, выразительно прижав указательный палец свободной руки к своим губам, убрал ладонь от лица женщины.

— Прости. Как-то все весьма неожиданно. Я считала тебя до гробовой доски верным ордену, впрочем, как и себя, но в последнее время  появились некие сомнения, — отдышавшись, пояснила Хизер. Коннор коротко кивнул и примостился рядом, звякнув оружием, коим был обвешан с ног до головы.

— Я то же самое думал на твой счет. Хорошо, что вовремя вернулся. — Он поворошил ветки в костре, и ночная темнота осветилась сотнями веселых искр, взмывших в сине-черное звездное небо.

— Действительно хорошо, — женщина завороженно следила за танцем языков огня на углях, — а то так бы и ходили, шпионы недобитые. Что делать будем, Конн… Как тебя зовут по-настоящему, еще раз повтори? — попросила она. Могавк повторил. Потом еще раз, уже медленно и по слогам. — Радунхагейду, — наконец-то выговорила Хизер. — Да, у тебя изначально с этим миром конфронтация.

— Мне мое имя нравится. Отражает все, что произошло. Мать угадала,* — грустно усмехнулся ассасин. — Кстати, отец не рассказывал, как она погибла здесь, в этой реальности?

— Рассказал, но не он, — Хизер нахмурилась, — старый Фолкнер проговорился. Он как напьется, так вообще становится разговорчивый, будто попугай. Пришли белые, принесли болезнь. Она выкосила большую часть населения, очень удобно забрав несогласных с новым порядком. Твоя мать заразилась случайно, когда ухаживала за Матерью Рода.** В твоем мире она тоже погибла? — Хизер с сочувствием посмотрела на ассасина. Не позавидуешь, что уж там. Гостье из двадцать первого века хоть и не повезло с родаками, но живы были оба. И даже здоровы.

— И она, и отец, и все тамплиеры… — совершенно спокойно ответил Радунхагейду. — Не без моего участия.

— Ух, какой ты страшный, — подивилась Рейвен. — А как мы с тобой познакомились? Ну, там, тут-то я все помню… — все таки решила она устроить допрос.

— Свалилась мне на голову, — пожал плечами Коннор, — от души потрепала нервы, пока я тебя обучал. Хотя ты и сама меня многому научила: баню заставила построить… — он остервенело почесался и с омерзением принюхался к плащу. — Теперь жить нормально разучился. Даже приучила сапоги перед входом в дом снимать.

— Я? Баню?! Сапоги?! — охнула Хизер. — Парень, неужто я тебя так крепко за яйца взяла?! Да по всем правилам после такого я должна была на тебе жениться! — Неловкая пауза повисла в воздухе, нарушаемая треском сучьев в костре. — Ой, нет. Нет, только не говори… — тамплиер — а теперь, видимо, уже бывший тамплиер — в панике уставилась на издевательски приподнявшего брови ассасина. След от угля на его лице увеличивал глубину ее падения. Кажется, она запала на индейца. То есть, не она, а та Хизер, из того мира, но она же, по сути, ею и являлась. Все, запуталась! — Шутишь, — не спросила, а констатировала женщина, но, увидев скептическую улыбку и наклон головы к плечу, окончательно стушевалась. — Вот так сидишь, учишься, тренируешься, никого не трогаешь, людей убиваешь, артефакты откапываешь, никакой личной жизни — припирается здоровенный мужик и говорит, что ты ассасин, да еще к тому же замужний. — Хизер уставилась в костер. — Дети есть?

— Нет, — Коннор хмыкнул, глядя на окончательно выбитую из колеи тамплиерку.  

— Почему? — Хизер спохватилась, что не стоит такое спрашивать, но было уже поздно.

— Не знаю, это уже тебе виднее, — Радунхагейду помрачнел, — а спрашивать — опасно для жизни.

— Узнаю себя, — фырканье женщины спугнуло птиц с ближайшего дерева. — Что делать будем, му-у-у… муж? — хихикнула она, понимая абсурдность ситуации.

— Для начала вернемся на корабль, — совершенно пофигистично отреагировал на такое обращение Коннор. — Спать поблизости от ягуаров — вредно для здоровья. Что потом — уже тебе решать. Это твой выбор. Я сразу был ассасином, а вот ты…

— Будто в этом бреду у меня есть выбор! — Хизер встала с земли и отряхнулась. — Чувак, возможно, меня не существует и я плод твоего воображения. Или наоборот, ты мой глюк. Как там у вас? Ничто не истинно, все побоку?

— Все дозволенно, — невозмутимо поправил Коннор, вставая и затаптывая огонь тяжелыми сапогами.

— Тогда дозволяю считать меня коммуни… ассасином. Пойдем и порушим систему к чертовой матери! Терять уже нечего. Бери рюкзак, валим отсюда! — скомандовала новоиспеченная ассасинка.

— Ты потеряла, — индеец подал удивленно обернувшейся спутнице оброненный пистолет. — Вот теперь нечего. 

— И как я за такого зануду замуж-то вышла?! — Хизер отобрала оружие и заткнула за пояс брюк.

— С энтузиазмом, при всей команде, Фолкнер был за священника, — пояснил ассасин.

— Заткнись и вперед.

— Примерно это ты и сказала.

Заткнув уши, женщина ломанулась сквозь кусты, думая, что влипла куда как круче, чем показалось сначала.

*Радунхагейду — «исцарапанный жизнью».

**Мать Рода — своего рода звание, чуть ли не главнее всех, вождь — и тот подчиняется.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *